August 3rd, 2016

А Я думал 2(два)

_1__xPfjW34.jpg
Я не знал.
Но мне сказали.
Я и сам удивился.
Потом долго думал.
Откуда такие выдумки?
Но мне удалось выстроить все цепочки того,откуда народ взял такую информацию.
Причём, по прошествию длительного времени и только путем длительных размышлей, сопоставления мелких фактов и происшествий.
Оказалось, что народ считает, что Я на самом деле  священник.
С чего такое умозаключение? - удивился.
Сильно удивился.
И только потом, я вспомнил.
Утром был на тренировке.
Смотрю, возле лавочки лежит завернутая в газету книга.
Видно, что уже давно лежит.
Поднял. Посмотрел. Вполне себе в приличном состоянии Библия.
В Парке часто раскладывают такие книги для всех желающих.
Даже общество такое есть по распространению.
Поднял.
Побежал дальше.
На спортивной площадке, на краю, вместе с ключами и телефоном положил книгу.
Пока тренировался, рабочие в парке развернули поливальную систему.
Чтобы лужайку и цветы поливать.
Для того, чтобы на мои вещи вода не попала, он взял и отнёс их в сторону, на противоположный угол. Куда вода точно не попадёт. Спас, в общем, мои вещи от замочения.
Причём всё это сделал из уважения.
Мы с ним уже пол года здороваемся.
Пока нес, он любопытствовал.
Что за книга?
Неренёс и перенёс.
Спас, и спас.
Спасибо ему.
Позаботился.
Когда всё это я сопоставил, встретив его, спрашиваю.
- Это Вы всем сказали, что я сященник?
- Да!
  Я!
- С чего взяли?
- Смотрю, утром бегаете, зарядку делаете.
   Я вашу книгу полистал, смотрю, Библия.
   Я и подумал, что Вы священник.
- А другим зачем рассказали?
- А что? Я разве не прав?
- Нет.
 Писатель.
- О! А я думал!
   И ведь как хорошо, что народ у нас о хорошем думает.
    А кабы у меня книга про вампиров лежала? Страшно подумать, о чем бы люди подумали и говорили?

Александр Травников

03 августа 2016 года

А Я думал 2 (Александр Травников) / Проза.ру

http://www.proza.ru/2016/08/03/578


А Я думал 2(два)

_1__xPfjW34.jpg
Я не знал.
Но мне сказали.
Я и сам удивился.
Потом долго думал.
Откуда такие выдумки?
Но мне удалось выстроить все цепочки того,откуда народ взял такую информацию.
Причём, по прошествию длительного времени и только путем длительных размышлей, сопоставления мелких фактов и происшествий.
Оказалось, что народ считает, что Я на самом деле  священник.
С чего такое умозаключение? - удивился.
Сильно удивился.
И только потом, я вспомнил.
Утром был на тренировке.
Смотрю, возле лавочки лежит завернутая в газету книга.
Видно, что уже давно лежит.
Поднял. Посмотрел. Вполне себе в приличном состоянии Библия.
В Парке часто раскладывают такие книги для всех желающих.
Даже общество такое есть по распространению.
Поднял.
Побежал дальше.
На спортивной площадке, на краю, вместе с ключами и телефоном положил книгу.
Пока тренировался, рабочие в парке развернули поливальную систему.
Чтобы лужайку и цветы поливать.
Для того, чтобы на мои вещи вода не попала, он взял и отнёс их в сторону, на противоположный угол. Куда вода точно не попадёт. Спас, в общем, мои вещи от замочения.
Причём всё это сделал из уважения.
Мы с ним уже пол года здороваемся.
Пока нес, он любопытствовал.
Что за книга?
Неренёс и перенёс.
Спас, и спас.
Спасибо ему.
Позаботился.
Когда всё это я сопоставил, встретив его, спрашиваю.
- Это Вы всем сказали, что я сященник?
- Да!
  Я!
- С чего взяли?
- Смотрю, утром бегаете, зарядку делаете.
   Я вашу книгу полистал, смотрю, Библия.
   Я и подумал, что Вы священник.
- А другим зачем рассказали?
- А что? Я разве не прав?
- Нет.
 Писатель.
- О! А я думал!
   И ведь как хорошо, что народ у нас о хорошем думает.
    А кабы у меня книга про вампиров лежала? Страшно подумать, о чем бы люди подумали и говорили?

Александр Травников

03 августа 2016 года

Мои твиты

Read more...Collapse )
Tags:

Входит дракон. Продолжение. Дом на Белорусском (Александр Травников) / Проза.ру

http://www.proza.ru/2016/08/03/1807


ВХОДИТ ДРАКОН (продолжение)

Фрагмент Романа про шпионов - Дом на Белорусском.

     Хорошо некоторым.
Подумал я.
     Отдал приказ? И ждёшь выполнения.
     И ты Травников, сам тоже хорошо.
      Нет чтобы отказаться. Сразу сказать, что эта задача не моего уровня компетенции. Отказался бы, и ладно. Через пару недель бы и позабыли.
    Однако любопытство брало своё. Так хотелось этот знаменитый фильм с Брюсом Ли посмотреть. Видеокассет тогда еще практически не было. По крайней мере у нас. Зато про знаменитый фильм все знали. И про другие фильмы Брюса Ли тоже.
     Вышли от начальника.
    Другой начальник, начальник курса мне и говорит в коридоре.
-       И что делать будешь?
Я тебе ничем помочь не могу.
-       Думать буду.
Советоваться.
Спрашивать, как это делается.
Вопрос нужно сначала изучить!
-       Вот и изучай.
  Пошел думать.
   Сходил к ребятам в технический отдел.
   Узнал, где, у кого фильм «Леди Карате» брали.
   Те дали телефон куратора из КГБ.
   Позвонил из приёмной начальника факультета.
   Так мол и так. Хотим фильм прокрутить в Высшей Школе КГБ СССР. Мы уже один крутили. Я переводил.
-       Да? – обрадовался куратор.
Я смотрел.
Мне понравилось, как ты переводил.
Только ничем помочь не могу.
Вы там со свастиками прокололись.
-       Мы?
Так это же не мы фильм такой для просмотра дали.
-       Ладно.
Приезжай в ГосФильмо фонд.
Поговорим.
Народ спросим.
Что, да как.
Только не в форме.
Они тут к форме нервно относятся.
Познакомлю с кем нужно.
Там сам договаривайся.
    Приехал. На проходной сказал к кому приехал. Ксиву показал.
-       Проходите говорят.
А куда идти то?
Пришлось звонить, чтобы встретили и проводили.
Тут нужно кое-что подрассказать. Прояснить обстановку того времени.
   Если в СССР и не показывали все фильмы мира, то это вовсе не значит, что их в СССР не было. В СССР было все. Только не для всех. Все, и абсолютно все фильмы мира закупали, доставали, выменивали, копировали и  потом просматривали специалисты. Причём КГБ к этому ни какого отношения не имело по определению. Люди занимались своим делом. КГБ своим.
     Куратор познакомил меня с людьми.
     Те прямо сказали, что не дадут. Но у начальства спросят.
     Сразу же и спросили.
     Посоветовали.
-       Начальство говорит, чтобы шли в партком. Там договаривались.
Пошли в партком.
Секретарь выслушал. Позвонил руководителю. Потом говорит.
-       Этот вопрос находится в ведении самого Министра Культуры СССР и кандидата в члены Политбюро (Президиума) ЦК КПСС, товарища Демичева, Петра Ниловича.
Договаривайтесь.
Даст поручение, фильм дадут.
Не даст, не дадут.
Даже я не смогу помочь.
Дело слишком резонансное.
Сами приезжайте на закрытые просмотры.
Я позабочусь.
Тут интересно бывает.
   Вернулся я в Дом на Белорусском, и сразу к заместителю начальника Школы. Прямо в гражданке и пришел.
-       Разрешите?
-       Заходи.
-       Разрешите доложить?
-       Что доложить?
-       Насчёт фильма.
-       Какого фильма?
-       Который поручили показать.
-       Что за фильм?
Когда поручил?
-       Да после просмотра предыдущего.
-       Может ну его?
-       Да я уже почти договорился.
-       С кем?
-       С руководством Госфильмофонда.
-       И что?
-       Они согласны.
Только просят согласовать.
-       Со мной?
-       Нет. С Петром Ниловичем.
-       С кем? С кем?
-       С Петром Ниловичем Демичевым.
Наступила немая пауза.
И кто будет с ним согласовывать?
-       Я думал, что Вы!
Потому и пришел доложить.
-       Ну ты даёшь.
Садись.
И что делать будем?
Я к начальнику школы по этому вопросу не пойду.
Да он и не решит.
Что надумаешь, зайди.
    И что тут надумаешь?
    Есть человек, который решает. К нему и обращаться нужно. Но как это сделать?
   Пришлось напрячься, подумать и сделать.
   Пошел опять к заму начальника школы.
-       Поставьте меня дежурным по факультету – говорю.
-       Зачем?
Ну поставлю.
И что ты учудишь?
-       Позвоню Петру Ниловичу – говорю.
-       И что скажешь?
-       Скажу, как есть.
Скажу, что кроме него этот вопрос никто и не решит.
-       Ладно.
Попробуй.
Делай, что хочешь.
Я распоряжусь, чтобы дежурным поставили.
Но за все остальное, сам и отвечать будешь.
Вряд ли я смогу тебе помочь.

   Уже на следующий вечер я заступил на дежурство. С вечера и на всю ночь. Прямо в кабинете генерала, начальника факультета, его кресле и разместился.
    У генерала на тумбочке рядом со столом множество телефонов. Есть и спецсвязь. Несколько аппаратов с гербом СССР. Каждый подписан. Есть и прямая связь с Юрием Владимировичем Андроповым. Но его то, что по мелочам беспокоить? Тем более подчинённым.
   Примерно в 20:00, по аппарату специально связи, используя  справочник телефонов особых номеров, набираю приёмную Демичева.
-       Добрый вечер. – отвечает вежливо женский голос.
Что Вы хотите?
-       Мне нужно переговорить с Петром Ниловичем.
-       По какому вопрос и кто звонит?
Как доложить?
-       Майор КГБ, Богданов, Виктор Семёнович. Я из Высшей Школы КГБ СССР. По вопросу согласования показа зарубежного фильма в Доме на Белорусском.
-       Сейчас узнаю.
Не кладите трубку.
Через три минуты.
-       Пётр Нилович сейчас освободится, и я Вас соединю.
Какой у Вас номер?
Я назвал номер, всего из трёх цифр, написанный прямо на телефоне.
Минут через десять зазвонил телефон.
-       Здравствуйте майор Богданов.
Знаю по каком вопросу.
Вся Москва в курсе.
Завтра позвоню Филиппу Тимофеевичу, скажу ему, чтобы дал команду разрешить.
А почему сразу к Ермашу не обратились?
Он же председатель ГосКомитета Совета Министров  СССР по кинематографии?
    - Мне секретарь парткома Госфильмофонда сказал сразу к Вам обращаться.
Сказал, что только Вы решаете.
-       Знаю я его. 
Толковый работник.
   На этом разговор в принципе, минут через десять и закончился.

Все. Теоретически, вопрос был теперь решен.
Но вот что завтра будет?

На следующий день было вот что.
Сижу на занятиях, вдруг вбегает помощник генерала, начальника факультета.
-       Травников!
Бегом к генералу.

        У всех круглые глаза.
Делать нечего. Бегу.
В приёмной генерала он сам, и зам. начальника школы.
-       Травников!
Где тебя носит?
Тебя Демичев к телефону!
-       Пётр Нилович? – отвечаю вопросительно.
-       Будет тебе потом, Пётр Нилович.
Вместе с генералом вошел в его кабинет.
Генерал лично набрал номер Демичева.
Соедини практически мгновенно.
-       Нашли! – докладывает генерал в трубку.
Передаю.
-       Доброе утро, Пётр Нилович, уже отдышавшись отвечают кандидату в члены политбюро.
-       Богданов! (Значит наши не сдали).
Я с Ермашом переговорил.
Он уже дал команду.
Поезжай за фильмом.
Там ждут.
А! Вот еще!
Ты руководство предупреди, что я может тоже подъеду посмотреть. И Филип Тимофеевич (Ермаш) тоже хотел подъехать.
Ты не переживай.
Я через начальника вашей школы узнаю, когда и во сколько.
Чтобы по скромному.
Скажи, чтобы без помпы и шума.
И вообще.
Звони, если что.
Не стесняйся.
Я Лену предупрежу, если что.
Она соединит.
Потом её прямой номер возьмёшь.
Успехов.

Всё.
Хотя, именно теперь только и начинался весь шок и трепет.
-       И что сказал Пётр Нилович? – просил зам начальника школы.
-       Сказал, чтобы ехали за фильмом.
Он уже дал поручение.
Сказал, что обязательно сам подъедет.
Сказал, что Ермаш тоже собирается приехать.
-       Да!
Вот ты даешь!
-       Приказ есть приказ!
Вы приказ отдали?
Я его выполнил.
Скромно потупив глаза в пол, ответил я.

   За фильмом поехали вместе с зам. начальника школы на его чёрной волге.  Тогда,  на волге даже всяких синих ведёрок не было. В те времена, в Москве, черным волгам с номерами КГБ, а то, что это КГБ и так все догадывались, все и так дорогу уступали. Постовые честь отдавали.
     Я до выезда успел позвонить куратору и секретарю парткома. Предупредил, что едем. Встречали нас прямо у ворот.
    К  руководству Госфильмофонда я уже и не ходил. С куратором и секретарём парткома внизу подождали. Покурили. Поболтали. Они сильно удивились, когда меня в сержантской форме с черными погонами и петлицами связиста увидели. Не ожидали. Но вида не подали. Мало ли?
      Раньше, во время войны, сержант ГосБезопасности, НКВД или Смерш, это уже было офицер. Пострашнее какого майора. Кто и зачем, и почему, на самом деле, никто и не спрашивал. Дураков было мало.  Но то, что не верь глазам своим, все помнили. Потому, лишний раз не любопытствовали. Обещали дружить. Приглашали в гости.
    Коробки с фильмами вынесли сотрудники фильмохранилища и погрузили с помощью водителя в багажник. Мы попрощались, и тут же уехали. Обещали коробки вернуть.
   Фильмы возвратили уже без моего участия.
   Моё участие выразилось только в том, что и этот фильм пришлось переводить мне.
   Но в это раз всё оказалось полегче.
   Было время подготовиться.
   Фильм в узком кругу предварительно просмотрели. Чтобы проколов не было.
   Ажиотаж был точно такой же.
  Но ни Демичев, ни Ермаш не приехали.
    Хотя все нервничали и ходили на взводе.
    Вдруг, мало того, что сами приедут, так ещё и с собой кого привезут? Они могут.
   Я потом всю неделю ходил в гражданском. В костюме и с галстуком. Вдруг, кто спросит майора Богданова?
   Не спросили.
   И всю эту историю потихоньку замяли. Забыли. Хотя на меня по прежнему смотрели косо. Мало ли что? Телефончик то у меня прямой Петра Ниловича остался. Мало что?
   Вот что ещё заметил. Чем выше начальник, тем он проще вопросы решает. Не занудствует. И лапшу на уши не вешает. Да – это ДА! Нет – это НЕТ!

Александр Травников

cz1LhdFb2Gs.jpg
3 августа 2016 года